postsovietПроблемы постсоветского пространстваPost-Soviet Issues2313-89202587-8174The Centre of Regional Research10.24975/2313-8920-2023-10-1-57-66postsoviet-373Research ArticleЭКОНОМИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯECONOMYПолитика Китая в странах Центральной Азии в области освоения полезных ископаемыхChina’s Mineral Resources Exploration Policy in Central AsiaХвостоваМ. О.KhvostovaM. O.

115409, Москва, Каширское ш., д. 31

bld. 31, Kashira hwy., Moscow, 115409

mariiakhvostova@mail.ruНациональный исследовательский ядерный университет «МИФИ»РоссияNational Research Nuclear University MEPhIRussian Federation2023060720231015766Copyright © Хвостова М.О., 20232023Хвостова М.О.Khvostova M.O.Данная работа распространяется под лицензией Creative Commons Attribution 4.0.This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.https://www.postsovietarea.com/jour/article/view/373

Потребности Китая в полезных ископаемых неуклонно растут, что актуализирует необходимость обеспечения надежного доступа к ресурсной базе. В этом контексте одним из вариантов для Китая является Центральноазиатский регион, обладающий значительными запасами топливно-энергетического сырья, руд, а также возобновляемых ресурсов. В статье изучается современная политика Китая в отношении каждой из пяти стран региона (Таджикистан, Киргизия, Узбекистан, Казахстан, Туркменистан). Выявляется ряд общих черт и различий, присущих проводимой политике. Исследуются инструменты, с помощью которых она реализуется. Кроме того, политика Китая рассматривается с точки зрения регионального развития и в контексте общей внешнеполитической стратегии КНР.

China’s steadily growing mineral resource requirements actualize its need to ensure continuous access to a reliable resource base. Central Asia with its ample fuel and energy raw materials, ore deposits, and renewables is viewed a viable option in this regard. The article provides analysis of the PRC’s current policy in each of the fi ve regional countries (Tajikistan Kyrgyzstan, Uzbekistan, Kazakhstan, Turkmenistan). It singles out both diff erences and similarities inherent in the policy conducted and studies the instruments through which it is being realized. Besides, the paper considers such policy’s implications for regional development as well as its place in the overall Chinese foreign strategy.

КитайЦентральная Азияполезные ископаемыеполитикаChinaCentral Asianatural resourcespolicyReferencesЧувахина Л. Г. Роль золота в мировой валютной системе XXI века. Финансовый журнал. 2013;3(17):29-36.Chuvakhina L.G. The role of gold in the world’s monetary system of the 21st century. Financial journal. 2013;3(17):29-36. (In Russ.).Тураева М. О., Глинкина С. П., Яковлев А. А. Каналы проникновения китайского капитала в республики Центральной Азии в рамках инициативы «Один пояс — один путь». Известия Уральского государственного экономического университета. 2018;19(4):64-78. DOI: https://doi.org/10.29141/2073-1019-2018-19-4-5Turaeva M.O., Glinkina S.P., Yakovlev A.A. Channels of Chinese capital penetration to the Central Asian countries within the framework of the Belt and Road Initiative. Journal of the Ural State University of Economics. 2018;3(17):29-36. DOI: 10.29141/2073-1019-2018-19-4-5 (In Russ.).Чжэньпэн Лян. Интересы Китая в Центральной Азии. The Newman in Foreign policy. 2017;39 (83);11-18.Zhenpeng Liang. China’s interests in Central Asia. The Newman in Foreign policy. 2017;39 (83);11-18. (In Russ.).Дадабаева З.А. Проблемы региональной интеграции в системе обеспечения безопасности Центральной Азии. Ситуация в Афганистане и формирование региональной системы безопасности в Центральной Азии: материалы X Международной научной конференции. Москва, 29 ноября 2018 г. / под ред. Д. А. Дегтерева, М. А. Шпаковской. Москва: РУДН; 2019. С. 29-37.Dadabaeva Z.A. The issues of regional integration in the security system of Central Asia. The situation in Afghanistan and the formation of regional security in Central Asia: materials of the X International Scientifi c Conference. Moscow, November 29, 2018 / ed. Degterev D.A., Shpakovskaya M.A. Moscow: PFUR; 2019. P. 29-37. (In Russ.).

The authors declare that there are no conflicts of interest present.