Андрей В. Ишин, доктор исторических наук
295005, Симферополь, проспект академика Вернадского, д.4
Andrey V. Ishin, Doctor of Historical Sciences
bld. 4, Academician Vernadsky Prospekt Str., Simferopol, Republic of Crimea, 295007
В статье анализируются политические институты, процессы, технологии, свойственные периоду становления в Крыму Советской власти после завершения широкомасштабной Гражданской войны. Феномен Гражданской войны, с точки зрения автора, выражался в непримиримой борьбе между возникшими на развалинах империи центрами силы, при этом важную роль играл собственно геополитический фактор. В статье отмечается, что в Крыму в 1921 году активно работали эмиссары британской и германской разведок, то есть тех сил, которые ранее приложили немалые усилия для свержения монархии и развязывания Гражданской войны на пространстве Российской империи. Образование Крымской АССР в составе Советской России осенью 1921 года, а также создание нового мощного государства СССР со своим социальным проектом в декабре 1922 года отнюдь не входило в их планы. Поэтому западные оппоненты максимально пытались использовать инерцию Гражданской войны для дестабилизации одного из ключевых регионов РСФСР. В сложившихся условиях вполне логичным выступало стремление ряда лидеров антибольшевистского подполья к установлению тесных контактов с противниками Советской власти за рубежом в целях объединения усилий в борьбе с ней, что объективно становилось фактором геополитической напряжённости в Советской Республике в целом, и в Крыму в частности. В условиях нагнетания конфликтогенности в Крыму формируется система чрезвычайных учреждений. В указанную систему входил Крымский революционных комитет и его органы на местах, учреждения Всероссийской чрезвычайной комиссии, Части особого назначения, революционные трибуналы под общим идеологическим руководством партийных органов. Автор приходит к заключению, что чрезвычайные учреждения объективно противодействовали реализации проектов западных держав по дестабилизации ситуации в Крыму, способствовали известной этнополитической стабилизации обстановки в регионе. С другой стороны, их деятельности был присущ классовый подход, что приводило к необдуманной репрессивной политике и неизбежным «перегибам» в работе, усугублявшимся слабой координацией действий и отсутствием жёсткого контроля на первом этапе.
The article analyzes the political institutions, processes, technologies characteristic of the period of formation of Soviet power in Crimea after the end of the large-scale Civil War. The phenomenon of the Civil War, from the author’s point of view, was expressed in an irreconcilable struggle between the centers of power that emerged from the ruins of the empire, with the geopolitical factor itself playing an important role. The article notes that in Crimea in 1921, emissaries of British and German intelligence services were actively working, that is, those forces that had previously made considerable efforts to overthrow the monarchy and unleash a Civil War in the Russian Empire. The formation of the Crimean ASSR as part of Soviet Russia in the fall of 1921, as well as the creation of a new powerful state of the USSR with its own social project in December 1922, was not at all part of their plans. Therefore, Western opponents tried as much as possible to use the inertia of the Civil War to destabilize one of the key regions of the RSFSR. Under the current conditions, it was quite logical that a number of leaders of the anti-bolshevik underground wanted to establish close contacts with opponents of Soviet power abroad in order to combine efforts in the fight against it, which objectively became a factor of geopolitical tension in the Soviet Republic in general, and in Crimea in particular. In conditions of increasing conflict in Crimea, a system of emergency institutions is being formed. This system included the Crimean Revolutionary Committee and its local bodies, the establishment of the All-Russian Extraordinary Commission, Special Purpose Units, and revolutionary tribunals under the general ideological leadership of party bodies. The author comes to the conclusion that emergency institutions objectively opposed the implementation of projects of Western powers to destabilize the situation in Crimea and contributed to a certain ethnopolitical stabilization of the situation in the region. On the other hand, their activities were characterized by a class approach, which led to thoughtless repressive policies and inevitable “excesses” in their work, aggravated by weak coordination of actions and the lack of strict control at the first stage.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.